Один день ВВП

Кому-то, наверное, вспомнится, что так величали Владимира Владимировича Путина в бытность его президентом РФ. А кто-то, возможно, подумает об аббревиатуре валового продукта. Но на «Волгодизельаппарате» так инженерно-технические работники называют в «междусобойчиках» Вячеслава Владимировича Покровского. Что ж, он действительно ВВП. Еще один!

Может кто-то представляет себе директорскую работу как синекуру, позволяющую пребывать по восемь часов в кожаном кресле хозяину, секретарь которого регулярно подносит ему чай или , в жару, минералку. Возможно, есть еще волшебные места, где все это так и происходит. Но это, безусловно, не «Волгодизельаппарат». И кабинет этот не Покровского.

Из беседы с генеральным директором ОАО Вячеславом Покровским:

Ежедневно перед утренним совещанием - «летучкой», мне необходимо минут десять, побыть одному, чтобы собраться, привести мысли в порядок, продумать наступающий день. В девятом часу начинаются доклады.

Прежде всего – дежурный по заводу: как прошла ночная смена, не было ли происшествий. В связи с возможными  угрозами терроризма мы и охрану ужесточили, и вообще службу безопасности усилили.

Затем – главный энергетик: уровень потребления энергии – основной показатель активности производства. Как правило, я его отчеты даже не комментирую: все мы люди грамотные и знаем, что какие цифры означают.

Потом начальник техотдела: как идет выпуск новых изделий, как работает новая техника. Ежегодно мы покупаем много нового оборудования на миллионы рублей.

Далее заместитель по кадрам (вопросы дисциплины), юрист, помощник по контролю… Каждый доклад – по 3 – 5 минут, не больше. Мы все отлично знаем друг друга, и много времени нам не нужно. Это как бы первый прозвон системы, проверка основных узлов…

Но точнее было бы назвать все это утренней разминкой. Потому что дальше начинаешь вгрызаться в суть. Только за год и только за последний, и исключительно по земельному налогу прошло 75 судебных заседаний. Или, иначе говоря, одно заседание по этому вопросу приходится на каждый третий рабочий день.

Конечно, отстаивать в суде права предприятия будет юрист. Но разве может гендиректор не вникнуть в детали предстоящего судебного заседания, сравнив его с предыдущим. Одна голова, как известно, не глупа. Но две-то все равно лучше. Особенно, когда речь идет о сотнях тысяч рублей.

Юрист озадачила и очередными исками обиженных работников. Один иск всплывает в суде примерно раз в неделю. И тут уж надо, как говорится, побыть, хоть недолго, в шкуре «потерпевшего». Потому что если человек прав, дело доводить до суда никак нельзя. И уж просто необходимо поговорить, посмотреть в глаза друг другу. В приемной на столе у помощника требовательно закурлыкал телефон:

—  Александр Петрович! Разыщи Н. Пригласи на…Ну, если можно, вечером, после работы!

Почти тут же встречный звонок от помощника. В который раз уже за последнее время прибыли проверяющие из налоговой инспекции. Информацию они согласны получить, естественно, только из первых рук. Считай что полчаса из этих суток вычеркнуто. При самом лучшем раскладе. 

Впрочем, нет, времени придется потратить больше. Следом вторая волна проверяющих. Из другого ведомства. Видимо, там считают, что предприятие ничего не производит, кроме ошибок и заведомых нарушений законности, которую свято блюдут только проверяющие. Заложена на сегодня еще и третья волна. В виде камеральной проверки. Ну ничего, как-нибудь прорвемся!

До обеда надо еще принять для задушевной беседы делегацию по воде. ВДА снабжает близлежащие дома из своих артезианских скважин. Вообще-то это не функция ОАО. Да и вода эта куда лучше той, что пьет остальной город, получая ее из источников  местного «Водоканала». Но сети изношены, часты порывы труб. И их надо ремонтировать. Кто же это должен делать? А кто-кто? Опять же ВДА. Хотя это опять же в его функции не входит.

Тут же, в присутствии «делегатов», и решили, когда, кто и в каком объеме проведет ремонт трубопровода. Но время обеда как-то странно сдвинулось. Так, что напоминает скорее  время полдника в бывшем пионерском лагере.

Сразу, после сдвинутого обеда, – собрать спецов на производственное совещание. Опять тарифы взбесились. Шихта подорожала на 30 процентов, энергоресурсы еще выше задрались, банки набросили дополнительные проценты на кредит. И нужно экстренно решить, что со всем этим делать? То ли, как по мановению волшебной палочки, производительность труда повысить? Но за счет чего? То ли работников в подсобных цехах сократить, но любым способом удержать планку заданной цены? Потому что по условиям договоров с покупателями повышать цены на свою продукцию «Волгодизельаппарат» не имеет права.

Скрипуче звонит телефон. Это «голос» телефона помощника.

 — Вячеслав Владимирович! С вами из районной администрации хотят пообщаться!

— Да, девушка милая! Это я, директор! Когда, говорите, меня ждут? В шесть ноль-ноль вечера? Как говорите? Явка обязательна. Да я рад бы. Только на это самое время меня, как в анекдоте про самолет, угнанный террористами, уже зафрахтовали на другой рейс. В правительство. Так как думаете, милая, какой выбор мне сделать? Что? Доложите ситуацию руководству? Я ваш должник!

Уф! Все! Теперь экономистов с бухгалтерами надо свистать наверх. И срочно. Купили станок за рубежом за восемь миллионов рублей. С кровью, можно сказать, из тощей казны ВДА вырвали. А теперь и государство, как заботливая мама, требует свою честную долю – всего-то четыре миллиона простых российских рубликов. Эх, где деньги взять? А найти нужно. И притом срочно. Иначе пеня накапает, и названная сумма мелочью покажется. Господи, неисповедимы пути твои! Не выдай, Господи!

Документы! Содержимое этой папки придется подписывать уже вечером, после работы, когда установится относительная тишина, в которой наступит ясность, что же все-таки должен подписать генеральный. Ибо наверняка есть в этой кипе и документы, которые подписывать просто нельзя и даже опасно. Толстая папка с надписью «на подпись» ползет в сторону.

 Надо еще принять руководителей цехов и участков, которые с утра уже дожидаются в приемной. Поскольку без директора решить свои вопросы не могут. Ах, черт, да через час ведь производственное совещание на третьем этаже, в актовом зале! День, что называется, полностью заладился. Как всегда.

Назад          В оглавление          Вперед