Последний подарок

На столетний юбилей  государство заводу преподнесло своеобразный подарок: 23 млн. рублей, как сообщалось в прессе, ему выделили на реконструкцию. Пятилетние планы на тот момент уже были сверстаны. Это было официально зафиксировано в «Основных направлениях экономического и социального развития СССР на 1981-1985 гг. и на период до 1990 года», утвержденных съездом КПСС.  

Главная задача пятилетия, говорилось в документах, – устойчивое поступательное развитие народного хозяйства, ускорение научно-технического прогресса и перевода экономики на интенсивный путь развития. На эти деньги предполагалось построить «завод в заводе», в результате чего мощность предприятия должна была удвоиться. Однако этим планам не суждено было сбыться.

Борис Владимирович Резанов, бывший в то время начальником отдела капитального строительства завода, раскладывая на столе уже пожелтевшие листы проектно-сметной документации, вспоминает:

— За 1981–1983 гг. были введены новые внешние сети водо - и газопроводов, канализации, станция оборотного водоснабжения, две канализационно - насосные станции, котельная, очистные сооружения, а также заасфальтированы дороги предприятия и реконструирована городская электроподстанция, начато строительство крупного - 6-го корпуса. На эти цели всего было израсходовано 5,2 млн. рублей. Все это, конечно, важно и нужно, но на увеличении выпуска продукции отразиться не могло.

Вообще не приступали к строительству новых автоматно-штамповочного, механического, экспериментального, тарного, ремонтно-строительного, инструментально-ремонтного цехов общей стоимостью свыше 9 миллионов рублей, ни в одиннадцатой, ни в следующей двенадцатой пятилетке.

Только в 1984 году 6-ой корпус был объявлен пусковым объектом, на ввод которого было выделено 2,8 млн. рублей…

— Так называемый пусковой минимум корпуса № 6, — рассказывает Алексей Андреевич Архипов, бывший в то время заместителем главного технолога завода, — нас тоже сильно озадачил. Он не включал в себя систему микроклимата, которая должна была поддерживать на производстве температуру 20 плюс-минус 1 градус. Без нее невозможно было запустить тут оборудование с числовым программным управлением. Это привело бы к сбою программ и соответственно к браку в больших объемах.

Неудачным был и проект корпуса. В него были заложены некоторые виды оборудования по своей мощности и размерам, многократно превышающие потребности производства. Они предназначались для заводов-гигантов. Мы настойчиво пытались обратить на это внимание проектировщиков, но от нас попросту отмахивались: дескать, дают – берите. Это оборудование потом пришлось демонтировать, потому что работа на нем в наших условиях вызвала серьезные проблемы. А расходы на содержание оказались непомерно  велики…

В результате такой реконструкции корпус № 6 долго не удавалось запустить. И, естественно, никакого увеличения продукции ждать просто не приходилось. Казалось бы, все это очевидно. Но в то время действовало весьма своеобразное планирование. Как бы двойное. Предприятие имеет реальные  возможности, позволяющие выпустить определенный объем продукции. Но это берется за некую основу. А министерства, главки или объединения вносят в них свои коррективы, значительно увеличивающие план.

Объяснением этому служило три слова: «так нужно стране». Что касается завода, то тут еще поправки делались на якобы происходящую реконструкцию. Хотя об ее реальном эффекте говорилось выше. Как, вскидывали брови в Министерстве, вам дали оборудования на пять миллионов рублей, а где ж продукция на эти деньги, которой надлежит окупить понесенные затраты? Не стоит, наверное, и говорить, что никакой завод не способен сразу же окупить потраченные на его перевооружение средства. А уж что сказать, когда сам факт, что пять фрезерных станков не могут заменить одного токарного, не принимался даже во внимание.

В результате с начала пятилетки предприятие, с одной стороны, все же несколько увеличивает объем продукции, Но с другой, начиная с 1982 года – все равно считается отстающим.

Что же произошло с экономикой СССР, перешедшей, как отмечалось в партийных документах тех лет, на путь интенсивного  развития?  Откуда появилось такое планирование? Почему планирование, которое начали применять и на Западе, в СССР стало напоминать машину, потерявшую управление? Ответ на этот вопрос целиком лежит в той политике, которая проводилась в период брежневского правления.

Назад          В оглавление          Вперед